Гипанис / Издательская деятельность / "Кубанский Сборник" / Архив номеров / Том 2 (23) - 2007 год / Часть II. Наследие / Кубанский войсковой музей

Новости раздела

Фотоальбом "Фанагория"
28.12.2015
"Кубанский сборник" - 6
22.09.2015

[Колонка редактора] [Архив номеров] [Редакция] [Форум] [Контакты]


 

Кубанский войсковой музей

Краснодарский государственный историко-археологический музей-заповедник имени Евгения Дмитриевича Фелицына – одно из старейших учреждений культуры Кубани. Свое современное имя он получил в 1977 году, а в XIX – начале XX века назывался Кубанским войсковым этнографическим и есте-ственно-историческим музеем. У его истоков стояли известные представители казачьей военной интеллигенции. Историк Е.Д. Фелицын положил начало музею как хранилищу памятников древностей. Его последователи – К.Т. Живило и И.Е. Гладкий – значительно попол-нили коллекции музея, добились его самостоятельности. Биографии, научная и общественная деятельность первых сотрудников еще слабо отражены в литературе. Наша статья восполняет некоторые пробелы, рассказывая о малоизвестных страницах жизни этих благородных «рыцарей» истории. 

Начало музея (Е.Д. Фелицин)

Veci kvot potui, vaciant meliora potentes («Я сделал все, что мог, кто может, пусть сделает это лучше»)

любимое латинское изречение Е. Д. Фелицына

История создания Кубанского войскового музея тесно связана с деятельностью известного регионального исследователя Евгения Дмитриевича Фелицына (1848–1903).

Современники называли Фелицына «энциклопедией Кавказа», «живой летописью». О нем говорили, что он «труженик, который вдали от главнейших центров науки единоначальным трудом, при ничтожных средствах накопил необходимый материал для создания священного здания науки» (1).

В XIX веке во многих городах и губерниях России при статистических комитетах создавались провинциальные музеи, которые затем вырастали в самостоятельные учреждения культуры, становились центрами изучения местной истории. Не исключением были и казачьи

Е. Д. Фелицын

области юга России. Музеи Донского, Терского и Кубанского казачьих войск также были созданы при статистических комитетах, но разными были пути и сроки получения ими самостоятельности.

Е.Д. Фелицын – зачинатель многих полезных дел в общественной и культурной жизни как в Кубанской области, так и на Северном. Кавказе. В июле 1879 года при его участии в г. Екатеринодаре был открыт Кубанский областной статистический комитет, первым секретарем которого стал сам. Евгений Дмитриевич. Родился историк 5 марта 1848 года в семье военного в г. Ставрополе. Образование получил в Тифлисском военном училище. В 1873-м он был направлен в Екатеринодарский конный полк в чине хорунжего и прикомандирован к штабу Кубанского казачьего войска. Через год его приписали казаком к станице Северской (2).

Е.Д. Фелицын В исторических источниках, литературе, прессе, воспоминаниях современников, отчетах Кубанского войскового музея обозначена дата создания музея – 1879-й. В этот период в отдельной комнате поме-щения Кубанского областного статистического комитета, на углу улиц Красной и Штабной, располагались коллекции предметов археологии, этнографии, палеонтологии и геологии, собранные Е.Д. Фелицыным и ставшие основой музея. Фелицын, выполняя обязанности офицера по особым поручениям. Кубанского войскового штаба и Кубанского областного правления, совершил в 1878–1879 годах многочисленные поездки по Кубанской области, в Баталпашинский и Майкопский отделы, где и собрал самые первые экспонаты коллекции древностей. Это были археологические находки, предметы этнографии горских народов, карты, документы. Впервые он представил свои находки в 1878 году на выставке Императорского общества любителей естествознания, антропологии и этнографии в Москве. Его коллекция составила третью часть всей этнографической выставки. Организаторы высоко оценили труды Фелицына, наградив кубанского ученого золотым председательским жетоном. Впоследствии он становится членом. Комитета выставок этого общества (3). По описанию исторических документов, экспозиция музея состояла из двух разделов. Основной раздел представлял коллекции по археологии, этнографии, палеонтологии, зоологии, геологии, а также фотографии, карты, документы. Коллекция половецких «баб» располагалась во дворе Статистического комитета. Фелицын собирал их в 70–90-х годах XIX века в станицах Кубанской области, сам организовывал их доставку во двор Статистического комитета, зачастую на собственные средства. В 1896 году их было уже более двадцати. В начале XX века эти каменные изваяния экспонировались также во дворе Александровского реального училища на углу улиц Красной и Гимназической (4). В отчете Кубанского статистического комитета, уже в конце 1879 года, Фелицын поставил вопрос о выделении постоянного просторного помещения для Войскового музея (5).

В октябре–ноябре 1879 года Фелицын с действительными членами Статистического комитета В. Сысоевым и Султаном. Крым-Гиреем экспонировал новые коллекции музея на антропологической выставке в Москве. Вместе с этнографическими предметами быта горцев были представлены предметы казачьего быта. В исторических документах сохранилась первая опись предметов музея за 1879 год. В том же году при Статистическом комитете создается библиотека, которая в начале XX века станет одним из отделов Кубанского войскового музея. В числе первых книг, купленных для нее, была «История Сибирского казачьего войска». В первые годы деятельности музей с помощью внештатных сотрудников проводил большую работу по исследованию археологических памятников, дольменов, древних христианских храмов, памятников старины Тамани, русских крепостей. В 1879 году Фелицын сделал зарисовки хаты, в которой останавливался в Тамани поэт М.Ю. Лермонтов. Особо ценные находки он отправляет в Петербург – в Эрмитаж, и в Москву – в Российский исторический музей, а также в Кавказский музей в Тифлисе.

В 1879 году Е.Д. Фелицын проводит археологические раскопки с членом. Императорского московского археологического общества В. Беренштаммом в Екатеринодаре, на берегу реки Кубани, и вместе с учителем. К. Живило в станице Григориполисской. В 1886 году участвует в археологической экспедиции Императорского архео-логического общества в верховьях реки Кубани. Блестящим успехом увенчались в 1889 году раскопки кургана Карагодеуашх близ станицы Крымской. Найденные предметы IV века до н. э. из серебра, золота, бронзы были переданы в Эрмитаж. В декабре 1879 года появляется первое печатное упоминание о существовании кубанского музея. В газете «Кубанские областные ведомости» помещена заметка о преподнесении в дар музею доктором станицы Баракаевской В.А. Шонором огромного аммонита, найденного на реке Губс, который и поныне выставляется в основной экспозиции музея.

В 1892 году Фелицын был назначен председателем кавказской археографической комиссии, и его деятельность в основном сосредо-точилась в Тифлисе. Он умер 10 декабря 1903 года в Кубанской войсковой больнице от воспаления мозга, а 12 декабря в Воскресенской церкви, на территории екатеринодарской крепости, состоялась панихида. Священник Эмидинский произнес речь о заслугах Фелицына, о его бескорыстном и честном служении обществу. В сопровождении двух сотен Екатеринодарского полка и полкового оркестра Фелицын был погребен на офицерской части войскового кладбища. Ныне по ней про-ходит часть улицы Северной и стоят жилые дома по улице Бабушкина. «Фелица» – в переводе с греческого – означает вдохновение, озарение. Такой была вся недолгая жизнь кубанского историка. Определяя значение его деятельности для науки и края, один из сотрудников кубанского музея В.М. Сысоев сказал, что память об этом истинном патриоте «живет и служит образцом для высокой научной труженической деятельности».

В 1890-е годы забота о состоянии и развитии музея переходит к секретарю Кубанского областного статистического комитета Василию Андреевичу Щербине (1840–1906) и действительному члену комитета Василию Михайловичу Сысоеву (1864 – ?). В кратком отчете по Кубанскому войсковому музею К.Т. Живило пишет о том, что «за отсутствием каких-либо правил, определяющих жизнь музея, жизнь в нем, в зависимости от взглядов и отношения к нему секретарей Статистического комитета, то затухала, то снова оживлялась, и музей в такие светлые периоды жил полной жизнью и необычно быстро рос, пополнялся и развивался» (6).

В исторических источниках за 1879–1894 годы музей назывался: Кубанский археологический музей, Кубанский областной музей, музей при Статистическом комитете, Екатеринодарский музей, Музей кубанского войска. В марте 1894-го на общем собрании членов Кубанского областного статистического комитета В.А. Щербина представил доклад о необходимости отделения музея от Статистического комитета и создания самостоятельного музея на средства Кубанского казачьего войска (7).

В начале 1890-х годов Статистический комитет вместе с музеем перемещается в новое здание по улице Борзиковской между Соборной и Гимназической, в дом. Хомякова, где проживал и В.А. Щербина. В газете «Кубанские областные ведомости» публикуется режим работы – ежедневно с. 11 до 2 часов дня, экскурсии можно было заказать заранее. В мае 1894-го музей посетил известный исследователь Д.И. Эварницкий, который сделал фотоснимки наиболее интересных экспонатов. В 1895-м обзор деятельности музея был опубликован В.М. Сысоевым. В нем дается подробное описание коллекций и экспонатов. Сысоев пишет: «Местность, в которой есть свой музей, уже есть определенная величина в научном отношении… Существование музеев является необходимым следствием цивили-зованной жизни обществ, имеющих и желающих иметь историческое и промышленное развитие. Кто не дорожит своим прошлым и настоящим, тот не может рассчитывать на хорошее будущее. Существование музеев и их богатство можно считать первым признаком культурного развития» (8). Ходатайство об отделении музея было отклонено из-за отсутствия средств.

К. Т. Живило.

В 1897 году В.М. Сысоев издает первый каталог коллекций музея. В хронологическом указателе поступлений даются сведения о 276 предметах археологии, поступивших в 1879-м, и 42 экспонатах по истории и этнографии. Общее количество экспонатов на 1896 год составляло более двух тысяч. В декабре 1906 года было принято решение о самостоятельном статусе музея и выделении средств на его содержание из войсковых сумм, но финансироваться он начал только с. 1908 года.

Первый заведующий Кубанским войсковым музеем (К.Т. Живило.)

Музей создан не только на наш век. Задача современников дружными усилиями позаботиться, в назидание грядущим поко — лениям, сберечь все то, что наглядно будет напоминать прошлую историческую жизнь людей и настоящее их творчество. Изучение исторического прошлого способствует делу воспитания нацио-нального сознания.

М.П. Бабыч, наказной атаман ККВ
и начальник Кубанской области

К.Т. Живило. Кирилл Трофимович Живило родился 30 апреля 1854 года в семье рядового казака станицы Переясловской. Рано осиротев, мальчик остался на попечении родственников, живших в Екатеринодаре. После окончания церковно-приходской школы дядя отдал его на действительную военную службу в Кубанский войсковой певческий хор. С десяти лет он жил в «Сечи» – так все называли певческую школу хора. В нее отбирали способных сирот. Мальчика поразили строгая дисциплина, взаимоподдержка, дружная, полная забот и тревог жизнь хористов. Впоследствии он напишет интересные воспоминания о войсковом хоре 60–70-х годов XIX века.

В возрасте пятнадцати лет Живило получил чин урядника и уволился «на льготу». Начинается самостоятельная, взрослая жизнь. При войсковой больнице он прошел курсы по прививкам против оспы, но эта работа не пришлась ему по душе, и он, выбрав педагогическую деятельность, окончил Кубанскую учительскую семинарию в станице Ладожской. Затем в течение двенадцати лет Кирилл Трофимович учительствовал в станицах Григориполисской и Расшеватской.

К.Т. Живило проявил себя как незаурядный педагог. За свои заслуги он имел высокое звание Почетного старика станиц Расшеватской (1907) и Терновской (1912). Это был первый случай среди рядового казачества. Учительскому труду Живило отдал 12 лет, в 1889 году его наградили серебряной медалью «За усердие» и установили в Расшеватском двухклассном училище его портрет в знак особого уважения к педагогической деятельности.

С. 1892 года К.Т. Живило выполняет почетную должность заведующего бюро Кубанского экономического общества. С этого времени начинается одна из главных страниц его общественной деятельности по организации экономического процветания Кубани, подготовке кадров для сельского хозяйства, распространению экономических знаний. В начале XX века К.Т. Живило переезжает на постоянное местожительство в Екатеринодар. Здесь Кирилл Трофимович работает в войсковой канцелярии, затем в Кубанском областном правлении и в Кубанском статистическом комитете. С. 1910 года он издает и редактирует журнал «Сельское хозяйство Кубани» и возглавляет кубанское отделение Доно-Кубано-Терского общества сельского хозяйства.

В конце XIX – начале XX века его связывает тесная дружба с кубанским историком и основателем. Кубанского войскового музея Е.Д. Фелицыным, по поручению которого он проводит ряд архео — логических раскопок и собирает предметы старины для музея. Так, например, в августе 1902 года он исследует древнее захоронение вблизи кирпичного завода Л. Трахова, в конце улицы Панский кут. Здесь при добывании глины было найдено много золотых украшений, бронзовых и глиняных предметов (9).

Созданный при Областном статистическом комитете Кубанский войсковой музей долгое время не имел отдельного статуса и не был обеспечен материально. Кубанцы трудились в нем на общественных началах. В 1910 году на благо музея работали 63 таких добровольца.

В 1908 году музей окончательно отделяется от Областного статистического комитета. 20 июня его заведующим назначен К.Т. Живило (10). Именно Кирилл Трофимович предложил создать в Екатеринодаре постоянно действующую этнографическую выставку. В октябре 1909 года издается циркуляр начальника Кубанской области и наказного атамана Кубанского казачьего войска, который определил цели выставки и наметил план подготовительной работы. Предлагалось создать в кубанской столице этнографический музей под открытым небом. Сюда должны были переноситься подлинные постройки, характерные для черноморских и линейных станиц Кубанского края, жилища адыгов. Выставка состоялась в период осенней кубанской ярмарки, в сентябре 1910 года, на окраине Екатеринодара. Наряду с показом старинных предметов быта, орудий труда особое внимание уделялось пропаганде местного фольклора. Была сооружена площадка, где исполнялись народные песни черноморских и линейных казаков, адыгов. Участники концертов показали и мастерство игры на музы-кальных инструментах – бандуре, волынке, гармонике (11).

Из многих станиц были привезены редкие старинные предметы – холодное оружие, мундиры казаков конвоя императора Александра III, черкески и бешметы XIX века, сельскохозяйственные орудия. Большинство этих предметов сохранилось до наших дней и составляет уникальный фонд. Краснодарского музея-заповедника. События Первой мировой войны не позволили создать музей под открытым небом. В 1909 году К.Т. Живило составляет подробный каталог библиотеки музея, которая насчитывает более 5 тысяч книг. Энергично собирая коллекции для войскового музея, он в 1908 году ведет переписку с крестьянином станицы Калниболотской, обладателем большой коллекции, Константином. Ивановичем. Мазаевым. Его покойный отец, Иван Иванович Мазаев, был большим любителем старины, собирал редкие предметы быта и организовал свой частный музей. К.Т. Живило приглашает Константина Ивановича в Екатеринодар и убеждает его подарить коллекцию Войсковому музею.

17 января 1909 года К.И. Мазаев пишет письмо наказному атаману М.П. Бабычу. Вот строки из этого письма: «Родной мой отец, любя русскую старину, затратил много средств на приобретение оружия, предметов древности, панцирей, булавы польской и Богдана Хмельницкого, пушки чугунной и прочих вещей. Желая увековечить память Ивана Ивановича Мазаева, умершего в 1905 году, я желаю все старинные вещи, целый музей, подарить в Кубанский Войсковой этнографический и естественно-исторический музей…» В феврале 1909 года в музей поступает 201 экспонат. Была устроена специальная выставка дарителя Мазаева. Предметы были оценены владельцем в огромную по тем временам сумму – 15 тысяч рублей.

В благодарности наказного атамана Бабыча от лица Кубанского казачьего войска говорилось: «Да послужит патриотический дар К.И. Мазаева Кубанскому музею добрым примером для тех наших казаков, у которых до сих пор хранятся исторические и ценные для общества вещи. Да последуют примеру Мазаева и принесут все ценное в родной музей, где каждый осмотрит памятники старины, вспомнит подвиги дедов и поймет великое значение памятников прошедших веков и воспитания патриотического чувства у современного поколения». К.И. Мазаеву были выданы наказным атаманом благо-дарственное свидетельство за # 11 и диплом. Почетного члена кубанского музея за # 2, а также пожалована серебряная медаль с надписью «За усердие» для ношения на нагрудной Станиславской ленте. Позже ему было дано звание Почетного гражданина города Екатеринодара.

В 1908–1909 годах К.Т. Живило подготовил ряд циркуляров Начальника Кубанской области и Наказного атамана кубанского казачьего войска об устройстве общественных рощ, скверов, бульваров, прудов в станицах и хуторах, о разведении хмеля, виноградников, о строительстве пасек, сыроварен, консервных и маслобойных заводов. Для культурной жизни края особенно был ценен подготовленный им циркуляр от 26 января 1909 года об учете исторических памятников Кубанской области, в котором, в частности, говорится: «Памятники древности – это наше национальное и общечеловеческое сокровище».

К.Т. Живило можно считать одним из первых организаторов экскурсионного дела на Кубани. В начале ХХ века он организует

И. Е. Гладкий

экскурсии и поездки учащихся в Екатеринодар, Горячий Ключ, на Тамань для знакомства с живой природой и древностями края. В 1909 году К.Т. Живило берется за сложную задачу – постройку Черноморско-Кубанской железной дороги, которая должна была соединить хлебо-робные станицы с портами Азовского и Черного морей. 13 ноября 1914 года патриот Кубани уходит из жизни. Похоронили его на Всесвятском кладбище Екатеринодара.

К.Т. Живило возглавил Кубанский войсковой музей в один из самых сложных периодов его деятельности как самостоятельного учреждения. Он принял на себя заботы по отделению музея от Кубанского областного статистического комитета. Деятельность Кирилла Трофимовича проникнута патриотизмом, любовью к Кубани и заботой о ее эконо-мическом и культурном процветании.

Защитник памятников седой старины (И.Е. Гладкий)

Все мы сойдем с арены жизни, а здесь, в музее, должны остаться дела рук и разума нашего, достойные для передачи грядущим поколениям.

Из речи И.Е. Гладкого, 1919 год

Иван Ефимович Гладкий (1862–1930) – последний заведующий Кубанским войсковым музеем. Это имя сейчас известно только небольшому кругу краеведов. Своей деятельностью в начале XX века он внес большой вклад в изучение и сохранение культурного наследия Кубани. Родился Гладкий 25 мая 1862 года в станице Новощербиновской. Среднее образование получил в Ростовском семиклассном реальном училище. Затем поступил в Ставропольское юнкерское училище, которое окончил в 1893 году. Службу начал в 1-м. Ейском казачьем полку, расположенном на границе с Персией, а затем был переведен служить на границу с Турцией. Несколько лет Иван Ефимович служил в Войсковом штабе Кубанского казачьего войска в качестве старшего адъютанта. В 1905 году из-за проблем со здоровьем. И.Е. Гладкий вышел в отставку, а в 1910-м, оправившись от болезни, он принял предложение заведовать музеем и состоял в должности заведующего по 1921 год. С реорганизацией музеев и созданием. Кубанско-Черноморского областного музея он стал заведовать его историческим отделом. На запрос атамана станицы Новощербиновской в 1914 году он сообщает: «Семья моя состоит из двух лиц: меня и жены, Марии Петровны, родившейся 7 июня 1875 года. При мне живет также матушка моя – Мария Михайловна. Проживаю в Екатеринодаре, по улице Гоголя, 43». В автобиографии, составленной в 1922 году, Гладкий пишет о том, что главным успехом в жизни он считал свою работу на благо процветания Кубанского войскового музея и приумножения его коллекций, приведения в порядок старых поступлений, чем «добился признания музея в центре и на местах как научно-просветительского учреждения» (12).

Одиннадцать лет войсковой старшина Гладкий ответственно нес свою службу в музее с чувством высокого долга перед историей и отечеством. Он добился в январе 1911 года отпуска необходимых средств на нужды музея, содержание служащих, на аренду занимаемого здания у Михаило-Афонской пустыни, по улице Рашпилевской, 3. Войско выделяло ежегодно 5140 рублей, музей по-настоящему стал самостоятельным учреждением. В 1912 году он состоял из семи отделов, располагал 8 тысячами экспонатов и принял 4530 посетителей. Большая часть экспонатов в это время поступила как пожертвование от частных лиц, коллекционеров и в результате деятельности сотрудников-любителей. В эти годы при музее работал большой коллектив внештатных сотрудников, ими были чиновники, учителя, священники, казаки, мещане и даже полицейские.

Для того чтобы поддержать эту благотворительную деятельность, наказной атаман М.П. Бабыч издавал ежегодно специальные циркуляры и приказы по области и войску, которые публиковались в газете «Кубанские областные ведомости».

В музее существовали красочно оформленные почетные дипломы за подаренные предметы и за помощь и сотрудничество. Они были изготовлены на больших листах хорошего бристольского картона, украшал их известный кубанский художник В. Денисов. В 1912 году таких свидетельств было выдано 46. Помимо основной экспозиции в музее создавались специальные витрины и каталоги дарителей с подробными описаниями этих коллекций. В 1911–1913 годах в таких витринах экспонировались дары кубанцев: крестьянина станицы Калниболотской Константина Мазаева, казаков Алексея Корсуна, Аулова, Заики, полковника Маковкина, есаула Гречишкина. Бывая по делам службы в Персии, Китае, Европе, многие представители казачьей интеллигенции считали своим долгом привезти что-нибудь интересное для кубанского музея.

Тесная дружба и понимание важности сохранения культурного наследия объединяли двух талантливых людей, патриотов родной Кубани – атамана М.П. Бабыча (1844–1918) и И.Е. Гладкого. Иван Ефимович поднял вопрос сохранения исторических памятников в крае на высокий государственный уровень. На Кубани были приняты циркуляры, предусматривающие наказание за самовольные раскопки, кладоискательство и торговлю старинными предметами: денежное, дисциплинарное, лишение казачьего звания и даже высылку из области. Гладкий издавал специальные брошюры о сохранении памятников старины и отдельной книгой приказы и распоряжения атамана на эту тему. Наибольшее количество приказов было направлено на сохранение памятников в Таманском и Майкопском отделах, где в эти годы постоянно велись хищнические раскопки.

Благотворной для кубанской культуры стала дружба заведующего музеем с известным археологом из Петербурга профессором. Н.И. Веселовским (1848–1918). В своем очерке Гладкий описывает их первое знакомство в июне 1912 года в Майкопе, в помещении общественного собрания, которое украшала золоченая мемориальная доска с надписью, что здесь в 1861 году останавливался император Александр II. Они вместе исследовали находки курганов у станицы Тульской. В современном музее хранится часть их многолетней переписки, где каждое письмо профессор Веселовский подписывал: «Искренне преданный Вам» (13).

Ивану Ефимовичу Гладкому принадлежит идея создания нового научно-просветительского общества на Кубани. В июне 1911 года в городе Екатеринодаре было организовано Кубанское общество любителей изучения казачества на Кубани. В этот период истории кубанского казачества остро встают вопросы укрепления казачьих традиций и изучения отечественной истории.

Учредителями этого общества стали известные общественные деятели, историки из среды казачества, такие как наказной атаман и начальник Кубанской области М.П. Бабыч, генерал-майоры П.И. Косякин и И.И. Кияшко, войсковые старшины П.П. Орлов, И.Е. Гладкий, подъесаул. В.И. Майгур, титулярный советник В.С. Шамрай, полковник Камянский и др. В 1911–1913 годах Совет Общества любителей изучения казачества на Кубани главным направлением своей деятельности определил вопросы истории и восстановления кубанских казачьих традиций.

Одновременно со сбором письменных источников по истории казачества общество поставило целью и создание отдельного музея по истории казачества. С момента основания общества деятельность по комплектованию фондов была возложена на И.Е. Гладкого, который стал хранителем фондов. Им также была разработана специальная программа по выявлению интересных предметов и коллекций. В войсковой штаб поступали редкие награды, документы по военной истории казачества. Полковник Камянский, например, передает фотографии по истории казачества, где запечатлены такие военные, традиции как освящение знамени, торжественные молебны. Полковник Е. Маковкин дарит уникальные альбомы, относящиеся к 80-м годам XIX столетия, по истории казачьей дипломатической миссии в Персии.

Не прекращалась деятельность общества и в годы Первой мировой войны. Многие известные деятели общества ушли на фронт и присылали в Войсковой штаб описание военных сражений, фотографии и документы. Сохранились письма с фронта члена общества есаула В. Майгура, адресованные И. Гладкому. В декабре 1916 года он посылает в казачий музей описание фронтовых событий. «…Скажу только в общих чертах, – пишет он, – что Россия могущественна и была бы непобедима, если бы больше было порядка. Об этом. Вы можете судить по жизни в глубоком тылу. Даст Бог, окончится война, тогда расскажу многое. Воистину как велико терпение во славу Царя-Батюшки и матушки России. С начала войны и до сего времени я сделал более двух тысяч снимков боевой, походной и бытовой жизни пластунов. Без сомнения музей может получить эти снимки для истории войска. Извиняюсь, что писал несколько некрасиво, признаться, от холода руки померзли, и рука плохо слушается. Шлю Вам, Иван Ефимович, сердечный привет и наилучшее пожелание. Вспоминайте и за нас, страдальцев, которые несут тяготы войны, исполняя свой святой долг перед. Великой родиной» (14).

В 1916 году Кубанское войско приобретает для своих нужд большой дом наследников А. Завезодопуло, в котором предполагалось разместить музей по истории Кубанского казачьего войска и Общество любителей изучения казачества на Кубани.

Как общественный деятель И.Е. Гладкий многое сделал для подготовки и организации торжеств и юбилеев Кубани в первое десятилетие ХХ века. Им были разработаны сценарии церемониалов и войсковых кругов, посвященных 100-летию Войскового певческого и музыкального хора в 1911 году, открытию памятника казаку-запорожцу в Тамани в 1911 году, 300-летию Дома Романовых в 1913 году. Есть исторические данные о том, что И.Е. Гладкий разработал юбилейный памятный знак к 100-летию Войскового хора, за что получил награду в 50 рублей (15).

В исторических источниках также есть данные о том, что именно Гладкий предложил проект и изготовил рисунок нагрудного знака для Кубанского казачьего войска, утвержденного 18 февраля 1912 года.

В 1913 году он подготовил описание памятников русским императорам на Кубани и военной доблести кубанцев. До наших дней оно не сохранилось. В этот период он готовит большой очерк о регалиях кубанского казачества. Была еще почетная должность у Ивана Ефимовича – старосты войскового собора во имя Св. Александра Невского. Он являлся активистом религиозно-просветительского братства при этом соборе, которое объединяло более 300 предста-вителей духовенства и интеллигенции. В октябре 1914 года, во время пребывания императора Николая II в Екатеринодаре, после молебна на площади у Белого собора царь дарил горожанам серебряные юбилейные рубли, выпущенные к 300-летию Дома Романовых. Один рубль получил из рук царя и староста Войскового собора И.Е. Гладкий, сдавший его в фонды музея, где царский подарок хранится и сегодня.

Войсковой музей не прекращал свою деятельность и в 1917–1919 годах. Более того, в 1919 году Гладкий прочитал доклад на заседании Совета обследования и изучения Кубанского края, из которого известно, что ему удалось получить новое, более просторное помещение на улице Красной рядом со зданием. Войскового собрания. О том, как складывалась судьба подвижника в это сложное время, мы знаем пока немногое. В 1918 году он вместе с историком. Ф.А. Щербиной защищал Екатеринодар и был представлен к кресту «За спасение Кубани». Документы музея 1920-х годов говорят о том, что он проживал в маленькой комнатке в помещении музея, и новый директор Ермаков требовал его выселения. Бывшему заведующему музеем в 1920-е годы большевистская власть отказалась платить зарплату. По воспоминаниям современников, в 1921 году И.Е. Гладкий мог погибнуть от голода. Один из сотрудников музея А. Понюта даже обращался с жалобой о бедственном положении Гладкого в представительство Папы Римского в Москве, с надеждой на помощь.

В 1930 году И.Е. Гладкий был свидетелем гибели кубанских храмов, и можно лишь догадываться, как тяжело он должен был эту трагедию пережить. В юбилейный для музея год мне удалось разыскать документы о смерти Ивана Ефимовича. Умер он 10 октября 1930 года и похоронен на старом городском кладбище. В медицинском заключении записано, что смерть наступила от обострившейся язвы и желудочного кровотечения. В своем последнем докладе краевому кубанскому правительству в сентябре 1919 года И.Е. Гладкий сказал прекрасные слова, не утратившие своей актуальности до сих пор: «Прошу благожелательного отношения к судьбе музея и к служащим в нем людям – прямым, простым, честным, без устали работающим, исполняя всякую и белую и черную работу по музею. О чем по долгу службы и справедливости свидетельствую!»

После установления советской власти в Екатеринодаре войсковой музей был переименован в Кубанский научный музей, а в 1936 году – в историко-краеведческий музей.

С этим названием он действует до февраля 1977 года, когда на базе Краснодарского краевого, Анапского и Темрюкского музеев и археологических памятников федерального значения «Античный город. Горгиппия» в Анапе и городище «Гермонасса-Тмутаракань» в Тамани создается Краснодарский государственный историко-археологический музей-заповедник.

Сегодняшний музей является одним из крупнейших региональных научно-просветительных учреждений страны, методическим центром для музеев юга России. Коллекции фондов насчитывают более 500 тысяч памятников истории и культуры. В ноябре 1990 года музею было присвоено имя его основателя Е.Д. Фелицына

Н. А. Корсакова


  1. Материалы V Археологического съезда в Тифлисе. М., 1887. С. 70.
  2. Городецкий Б. М. Литературные и общественные деятели Северного Кавказа. Библиографические очерки. Екатеринодар, 1913. С. 17.
  3. Указ соч. С. 10.
  4. Альбом кубанского этнографического и естественно-исторического музея // Фонды Краснодарского государственного историко-археологического музея-заповедника (КГИАМЗ). КМ–5215/1357. 1879 г.
  5. Отчет Кубанского областного статистического комитета. Екатеринодар, 1879. C. 3.
  6. Отчет о деятельности Кубанского Войскового музея 1908–1910 гг. // Архив КГИАМЗ. Машинопись. Л. 29.
  7. Кубанские областные ведомости. 1894. 26 марта.
  8. Кубанские областные ведомости. 1895. 30 июля.
  9. Кубанские областные ведомости 1902. 21 сент.
  10. Государственный архив Краснодарского края. Ф. 449. Оп. 2. Д. 691. Л. 1.
  11. Отчет Кубанского Войскового музея. 1910–1912 гг. // Архив КГИАМЗ. Машинопись. Л. 41.
  12. Дело Кубанского Войскового музея. 1915–1922 гг. // Архив КГИАМЗ. Рукопись. Л. 36.
  13. Дело Кубанского Войскового музея. 1912–1913 гг. // Фонды КГИАМЗ.
  14. Отчет о деятельности Общества любителей изучения казачества на Кубани. 1911–1915 гг. // Архив КГИАМЗ. Машинопись. Л. 2–4.
  15. ГАКК. Ф. 396. Оп. 1. Д. 10017. Л. 48–49.
Партнеры: