Гипанис / Издательская деятельность / "Станица" / Архив номеров / 34 январь 2001 / Последние сражения Гражданской войны

Новости раздела

Фотоальбом "Фанагория"
28.12.2015
"Кубанский сборник" - 6
22.09.2015

Последние сражения Гражданской войны

В последние годы на страницах отечественной печати уже было довольно много публикаций по антибольшевистской борьбе казачества в годы 2-й мировой войны. При этом, однако (в том числе и в “Станице”), основное внимание уделялось насильственной выдаче в Лиенце - и крайне мало сообщалось о конкретном участии казачьих формирований в вооруженной борьбе на стороне вермахта. Это и неудивительно: сотрудничество с внешним врагом вне зависимости от его причин всегда осуждалось официальными структурами и сформированным за десятилетия советской власти общественным мнением.

Прежде единичные работы, задачей которых было “разоблачение фальсификаций” и раскрытие “подлинной сущности изменнических формирований”, боровшихся “против собственного народа”, касались участия казаков в антипартизанской борьбе - с неизбежным, вынужденным акцентированием на “зверствах” в отношении мирного населения. Что же касается боевых действий на фронте, то здесь советскими историками, если о том заходила-таки речь, было принято отмечать “низкую боеспособность” подобного рода формирований и тенденции к переходу на сторону противника.

При этом утверждалось обычно, что “так называемые казачьи части” создавались на самом деле вовсе не из казаков (которые “все, как один, движимые патриотическими чувствами”, влились в ряды добровольческих казачьих корпусов Красной Армии), а военнопленных, назвавшихся казаками лишь для того, чтобы вырваться из гитлеровских лагерей, где они были обречены на голодную смерть. Да и сегодня еще в одном из претендующих на обобщение сведений издании по истории казачества глава, посвященная возникновению казачьих формирований германской армии, этот сюжет представляется по-прежнему как создание гитлеровцами воинских частей из “лжеказаков”...

Первые казачьи части в составе Вермахта появились уже осенью 1941 года. Сначала их главным назначением была охранная служба в тыловых районах действующей армии и борьба с партизанами, в то время как использование их на фронте носило пока случайный характер. Ситуация сразу изменилась летом 1942 года, когда германские войска вступили на территории Дона, Кубани и Терека. За счет массового притока в казачьи части добровольцев из числа населения оккупированных районов их численность резко возросла. В то же время специфические условия военных действий на Кавказе - наличие на флангах действующих группировок обширных пространств с труднодоступной местностью (горы, Калмыцкая степь) - заставили германское командование более широко привлекать казаков к участию в боевых действиях на фронте.

Наиболее активное участие в битве за Кавказ принимали сформированные летом 1942 года в составе 1-й танковой и 17-й полевой армий Вермахта казачьи полки “Юнгшульц” и “Платов”. Первый из них, носивший имя своего командира - подполковника Иоахима фон Юнгшульца - первоначально имел только два эскадрона, один из которых первоначально был чисто немецким, а второй состоял из казаков-перебежчиков. Уже на фронте в районе Ачикулак-Буденновск в состав полка были включены две казачьи сотни, сформированные из местных жителей, а также казачий эскадрон, организованный в Симферополе и переброшенный на Кавказ. По состоянию на 25 декабря 1942 г. в составе полка было 1.530 человек, в том числе 30 офицеров, 150 унтер-офицеров и 1.350 рядовых, а на вооружении находилось 56 ручных и станковых пулеметов, 6 минометов, 42 противотанковых ружья, винтовки и автоматы.

Начиная с сентября 1942 г. кавалерийский полк фон Юнгшульца оперировал на левом фланге 1-й танковой армии, принимая активное участие в боях против советской кавалерии, изрядно досаждавшей немецким войскам севернее реки Терек. Особенно интенсивный характер эта борьба приобрела в октябре, когда на фронт прибыло 287-е соединение особого назначения генерала Фельми (известное также как корпус “Ф”), специально сформированное для ведения войны в степях и пустынях. Однако здешняя местность больше подходила для действий кавалерии, нежели моторизованных частей, и казачий полк сыграл в этой борьбе весьма заметную роль.

Обеспечивая стык между частями соединения Фельми и 40-го танкового корпуса генерала Гейера фон Швеппенбурга, казачьи эскадроны принимали активное участие в наступлении 17-19 октября, в ходе которого понесли большие потери и были отброшены на восток части 4-го гвардейского Кубанского казачьего кавалерийского корпуса генерала И.Я. Кириченко. 30 октября, действуя в составе 40-го танкового корпуса, полк Юнгшульца отражал попытки советской кавалерии прорваться в направлении Ачикулак. Как сообщалось в донесении в штаб 1-й танковой армии от 2 ноября 1942 г. “все подразделения хорошо держались под артиллерийским огнем противника и показали свою выправку и воинский дух”.

Особенно успешно действовали казаки против советских войск, прорвавшихся 30 ноября в тыл Моздокской группировки немцев. В то время как моторизованные части соединения Фельми связали противника с фронта, казаки стремительным ударом с фланга наголову разгромили советский кавалерийский полк. После приказа командующего 1-й танковой армией об общем отступлении, отданного 2 января 1943 г., полк Юнгшульца отходил в направлении ст. Егорлыкской, пока не соединился с частями 4-й танковой армии Вермахта. В дальнейшем он был подчинен 454-й охранной дивизии и через Ростов переброшен в тыловой район группы армий “Дон”.

Казачий кавалерийский полк “Платов” под командованием майора Эдгара Томсена, также 5-эскадронного состава, с сентября 1942 года использовался для обеспечения охраны работ по восстановлению Майкопских нефтепромыслов. Часть полка была выдвинута в опасную брешь между немецкими войсками, действовавшими на туапсинском и сухумском направлениях, с задачей охраны шоссе Майкоп-Армавир от возможных нападений со стороны советских регулярных войск и партизанских отрядов.

В конце января 1943 г. полк был переброшен в район Новороссийска, где нес охрану морского побережья и одновременно участвовал в операциях немецких и румынских войск против партизан. Весной 1943 года он оборонял т.н. “Кубанское предмостное укрепление”, отражая, в частности, советские морские десанты северо-восточнее Темрюка, а в конце мая был снят с фронта и выведен в Крым. Насколько хорошо выполнял он свою задачу, свидетельствует телеграфное сообщение группы Ветцеля (5-й армейский корпус) в штаб 17-й армии, в котором указывалось на то, что “румынские регулярные войска не в состоянии заменить казачий полк в районе действий группы” и “охрана аэродрома от покушений противника может быть гарантирована лишь подходом немецких резервов”.

Помимо кавалерийских полков “Юнгшульц” и “Платов”, в битве за Кавказ принимали участие такие казачьи формирования, как дивизионы 444-й и 454-й охранных дивизий, 1-й и 2-й/82 эскадроны 40-го танкового корпуса, 9-й эскадрон 4-го охранного самокатного полка, моторизованная рота 3-го танкового корпуса и разведотряд 97-й егерской дивизии. Плечом к плечу с ними сражались казачьи добровольческие отряды, сформированные в станицах Дона, Кубани и Терека. Даже советские донесения отмечали, что эти отряды “дерутся стойко, с криками “Ура, за Родину!”.

Организованные на Дону казачьи полки в январе-феврале 1943 г. участвовали в тяжелых боях против наступающих советских войск на Северском Донце, под Батайском, Новочеркасском и Ростовом. Прикрывая отход на запад главных сил немецкой армии, они стойко отражали натиск превосходящего противника и понесли тяжелые потери, а некоторые из казачьих частей были уничтожены целиком.

Летом 1943 года на территории Польши из наиболее боеспособных казачьих частей была сформирована 1-я Казачья кавалерийская дивизия под командованием генерала Гельмута фон Паннвица. Она состояла из двух бригад - 1-й Донской (1-й Донской, 2-й Сибирский, 4-й Кубанский полки) и 2-й Кавказской (3-й Кубанский, 5-й Донской, 6-й Терский полки) конных бригад, двух конно-артиллерийских, моторизованного и саперного дивизионов, дивизиона связи и тыловых частей – всего 18500 чел., в т.ч. 3827 немцев.  Дивизию предполагалось использовать на Восточном фронте. Однако изменившаяся на Балканах военная обстановка заставила германское командование бросить казаков на борьбу с титовскими партизанами.

В Югославии дивизия (развернутая впоследствии в корпус) провоевала до самого конца войны. Казакам так и не довелось увидеть родные станицы, куда они стремились вернуться освободителями, однако скрестить оружие со своим главным врагом – Красной Армией, им все же пришлось. Это произошло в декабре 1944 года, когда войска советского 3-го Украинского фронта вышли в долину реки Драва и германское командование, не имея в этом районе других сил, выдвинуло навстречу советским частям казачью дивизию. Документы, находящиеся в фондах Центрального архива министерства обороны РФ в Подольске, позволяют детально рассмотреть это столкновение, которое по праву можно считать последним сражением гражданской войны.

Эти бои шли в исторической местности северной Славонии, примерно в 100-120 км на северо-восток от Загреба (сегодня Драва здесь служит естественной границей между Венгрией и Хорватией).

В первой половине декабря 1944 года 233-я Кировоградско-Знаменская стрелковая дивизия под командованием полковника Т.И. Сидоренко, усиленная 23-м отдельным огнеметным батальоном, переправилась с территории Венгрии на правый берег Дравы в районе м. Вировитица, заняла плацдарм и, развернувшись фронтом на запад, юг и восток, ожидала подхода югославских частей. Именно сюда германское командование направило 2-ю Кавказскую казачью бригаду (3-й Кубанский, 5-й Донской и 6-й Терский полки), усиленную дивизионными частями, с целью воспрепятствовать соединению советских и югославских войск.

Утром 17 декабря 6-й Терский полк подполковника Зальма и отряды хорватских усташей провели разведку боем, в ходе которой установили группировку сил противника в районе м. Питомача, где оборонялись 703-й стрелковый полк 233-й дивизии, 23-й огнеметный батальон, два дивизиона 684-го артиллерийского полка и взвод зенитно-пулеметной роты. Получив эти сведения, генерал фон Паннвиц принял решение атаковать советские войска, чтобы не допустить их соединения с югославами.

Подготовка к операции заняла примерно неделю. Вплоть до 21 декабря 2-я казачья бригада занимала оборону на достигнутом рубеже, а затем неожиданно оставила населенные пункты Клоштар и Пруговац. Можно предположить, что казаки пытались создать у противника впечатление об отсутствии у них намерения вести активные боевые действия. Как бы то ни было, но все это время на фронте царило затишье.

26 декабря в 7.30 утра три казачьих полка, усиленные отрядами усташей, перешли в наступление в общем направлении на м. Питомача: 3-й Кубанский полк действовал в направлении м. Джуретин (севернее Питомачи), 5-й Донской - атаковал Питомачу в лоб, а 6-й Терский - в обход Питомачи с юга в направлении Ст. Градац. Атака осуществлялась как в конном, так и в пешем строю при огневой поддержке шести минометных и трех артиллерийских батарей.

К 9.00 наступающим удалось овладеть населенными пунктами Клодара, Острованец и Седлерица. Однако 703-й стрелковый полк Красной Армии, отражая удары превосходящих сил противника северо-западнее и южнее Питомачи, продолжал удерживать занимаемые позиции. По решению командования 233-й дивизии, на линию железной дороги южнее Питомачи был выброшен резерв командира 703-го стрелкового полка - рота автоматчиков, а в район Ст. Градац и на юго-восточную окраину Питомачи - две батареи 684-го артиллерийского полка - с задачей не допустить обхода Питомачи казаками с юга. Дополнительные силы были также подтянуты из района Вировитицы.

Продолжая развивать наступление, 6-й Терский полк в 12.00 смял батарею 684-го артполка, овладел м. Ст. Градац и, оседлав шоссейную дорогу частью сил для прикрытия тыла, пошел в наступление на Питомачу с востока. Одновременно возобновили свои атаки 3-й Кубанский и 5-й Донской полки. По приказу фон Паннвица в цепи атакующих выдвинулся конно-артиллерийский дивизион майора Коттулинского, меткой стрельбой подавивший советскую артиллерию.

В 15.00 казакам ценой немалых потерь удалось прорвать оборону 703-го полка на участке Джуретин и на юго-западной окраине Питомачи. Советское командование бросало в бой новые и новые силы, снимая их с других участков плацдарма, однако исход боя был уже решен. В 17.00 казаки ворвались на окраины Питомачи и завязали с 703-м полком уличные бои, продолжавшиеся до позднего вечера.

К 21.00 боевые порядки 703-го полка были полностью смяты и его остатки начали прорываться из окружения в район Штишка-Буковица. Подошедшим свежим частям удалось отбить Ст. Градац, однако дальнейшее наступление на Питомачу было прекращено и советские войска перешли к обороне. К утру 27 декабря Питомача была полностью очищена от советских групп. Советские войска оставили на поле боя 205 убитых, а 145 красноармейцев попали в плен. В качестве трофеев казакам досталось 29 орудий, 6 минометов, 42 пулемета, 149 огнеметов, 13 противотанковых ружей, 72 автомата, несколько сотен винтовок, а также много автомашин, боеприпасов и других материалов.

Точными данными о потерях казаков мы не располагаем. По сильно завышенным советским оценкам, они составляли 1.100 человек только убитыми. Кроме того, по этим же данным, не менее 40 казаков и хорватов попали в плен и “в силу сложившейся обстановки” были расстреляны. Учитывая общую для советских штабов тенденцию завышать потери противника, можно предположить, что общие потери казаков и хорватов колебались в пределах 100-200 человек.

Успех казачьей бригады был очевиден, однако обстановка, в которой ей приходилось действовать, продолжала оставаться сложной. Казаки постоянно подвергались огневым налетам советских батарей, расположенных на левом берегу Дравы, а с юга их позиции непрерывно атаковали части Народно-Освободительной Армии Югославии. 5 января 1945 г. 2-я казачья бригада получила приказ овладеть Вировитицей - опорным пунктом советских войск на правом берегу Дравы. Атака казачьих полков на открытой местности была остановлена артиллерийским огнем, причинившим им большой урон. 3-му Кубанскому полку пришлось даже испытать на себе действие советских реактивных установок. По приказу немецкого командования наступление было прекращено.

Операции 2-й казачьей бригады против Вировитицы содействовала 1-я бригада, успешно сражавшаяся в районе Бановой Яруги в Верхней Герцеговине и в районе Липик-Пакрац с наступавшими с востока крупными силами югославской армии. Блокируя советский плацдарм у Вировитицы, казаки не позволили Красной Армии соединиться с действовавшими в этом районе партизанскими отрядами. Вскоре советские войска оставили плацдарм, а весь участок фронта по течению Дравы был передан частям 1-й болгарской армии. Примерно из этих мест в марте 45-го немцы наносили на север, через венгерскую территорию, один из ударов в ходе последнего своего большого контрнаступления - Балатонской операции...

Дальнейшая судьба казаков фон Паннвица хорошо известна. Вплоть до капитуляции Германии они продолжали удерживать фронт против болгарских и югославских войск, затем с боями прорвались в Австрию, где сложили оружие перед англичанами, а спустя всего лишь три недели были в основной своей массе выданы в СССР. Нужно заметить, что далее участники боев за Питомачу пользовались особым вниманием советских следственных органов. По свидетельству одного из казачьих офицеров, выданных англичанами в Австрии и долгие годы проведшего в советских тюрьмах и лагерях, весь (или почти весь) командный состав трех полков 2-й бригады (3-го Кубанского, 5-го Донского и 6-го Терского) был расстрелян.

В начале января 1945 г. разведотдел 57-й армии составил подробную справку о 1-й Казачьей дивизии. Опустив моменты, связанные с организацией и вооружением частей, приведем данные по составу двух казачьих полков и общие выводы по политико-моральному состоянию дивизии, ставящие под сомнения домыслы борцов с “очернителями” и “фальсификаторами” о “лжеказаках”, пошедших служить немцам из страха голодной смерти, и их низкой боеспособности.

“Личный состав [5-го Донского] полка – преимущественно добровольцы из числа сыновей донских казаков, раскулаченных и сосланных советской властью, в возрасте 25-30 лет с хорошей военной подготовкой. В 6-м Терском полку преобладают терские казаки в возрасте до 45 лет, иногда вместе с сыновьями... Политико-моральное состояние частей дивизии крепкое в связи с боязнью ответственности казаков за совершенные преступления. Вывод: дивизия является вполне боеспособной и может быть использована во всех видах боя”...

С. Дробязко

 

 

 

Партнеры: